Поиск youtube Vk
+7 (812) 409-53-54
+7 (921) 764-54-40 Мы всегда на связи в WhatsApp


Долги муниципальные

31 января 2017

Гражданский кодекс РФ ограничивает субсидиарную ответственность владельцев юридических лиц по его долгам. Собственники, в том числе государственные органы, обязаны их выплачивать только в случае, если именно их действия привели к краху предприятия.

По страсбургскому счету

Жалобу в Европейский суд подал бывший сотрудник сахалинского муниципального предприятия «Трест жилищного хозяйства» Сергей Ким. Это предприятие ЖКХ прекратило деятельность, не выплатив сотруднику часть заработной платы – почти 1,3 тысячи евро в валютном эквиваленте. Решение городского суда о взыскании этой суммы вступило в законную силу, но осталось неисполненным – предприятие было признано банкротом и ликвидировано.

По мнению заявителя, компания контролировалась местными органами власти, то есть была, по сути, государством. Поэтому именно государство несет ответственность за долги муниципального предприятия. Кроме того, местные власти изъяли из хозяйственного управления организации большую часть активов, передав их вновь созданной компании. Тогда как долги остались на работодателе.

Отвергая такие претензии, представитель России в Европейском суде Георгий Матюшкин уверял, что муниципальное предприятие «Трест жилищного хозяйства» было коммерческой организацией и действовало независимо от властей. Кроме того, по данным властей, Сергей Ким уклонился от обращения в арбитражный суд в рамках дела о банкротстве, то есть не исчерпал внутренние средства правовой защиты.

Страсбургские служители Фемиды пришли к выводу, что распорядившись имуществом коммунального предприятия, местные власти продемонстрировали, что компания фактически находится под государственным контролем. «В свете вышеизложенного Суд приходит к выводу о том, что муниципальная компания не пользовалась достаточной институциональной и оперативной независимостью от муниципальных органов власти. Соответственно, муниципалитет и, следовательно, государство, будет нести ответственность за задолженность ответчика», – констатировал ЕСПЧ.

Теперь Россия обязана выплатить Сергею Киму задолженность по заработной плате, не погашенную МП «Трест жилищного хозяйства», а также компенсировать причиненный моральный вред в размере 2 тысяч евро.

На самом деле это не первое решение Страсбурга по этой проблеме – схожее дело было рассмотрено в октябре. Тогда ЕСПЧ возложил на федеральную казну долги нескольких ГУПов и МУПов на 178 тысяч евро.

Нет инструментов – плати

Опрошенные эксперты в целом поддерживают складывающуюся практику ЕСПЧ. «Государство имеет значительные полномочия по надзору за деятельностью муниципальных предприятий, в том числе контролирует соблюдение уставных целей, а также порядок использования и распоряжения закрепленным за предприятиями имуществом, – напоминает руководитель практики направления «Банкротство» Объединенной Консалтинговой Группы Наталья Танцюра. – Федеральный закон предусматривает возможность предоставления финансовой помощи унитарным предприятиям, однако на практике о ней речи не идет. Установленные способы защиты граждан-кредиторов в понимании Европейской Конвенции неэффективны. Поэтому государство несет полную ответственность по долгам муниципального предприятия».

«В таких делах, которые находят положительное решение в ЕСПЧ, из фактических обстоятельств, как правило, очевидна связь действий государства с банкротством должника, – говорит Олег Ганюшин из адвокатского бюро «Прайм Эдвайс Санкт-Петербург». – Вопрос лишь в том, почему при таких фактических обстоятельствах и вполне действующем правовом регулировании истцы не смогли найти надлежащей защиты своих прав в российских судах? Ответ может быть в общей склонности наших судов к слепой защите интересов государства или простой судебной ошибке. Но в любом случае, практика Европейского суда в этом вопросе явно тяготеет к расширению случаев возложения ответственности по долгам ГУПов и МУПов на государство по сравнению с правилами, предусмотренными нашим законодательством. Мотивируется это, в целом, почти полным контролем государства над такими компаниями, которые, таким образом, не являются самостоятельно действующими юридическими лицами. Возможно, такая практика ЕСПЧ, среди прочего, может служить стимулом к реформированию законодательства о предприятиях данного типа, которое оценивается как крайне устаревшее подавляющим большинством специалистов», – полагает Олег Ганюшин.

Верховные традиции

Вместе с тем общих выводов, обязывающих Россию поменять законодательство или практику, Европейский суд пока не сделал.

Практика же российских судов пока складывается неоднозначно. Прецедентное решение еще в 2013 году принял Высший арбитражный суд России по делу ГУП «Петербургские аптеки № 2». Кредиторы этого предприятия стали жертвой по существу «отмывания» активов: чиновники передали все имущество аптечной сети другому предприятию, которое позже приватизировали. Суд пришел к выводу, что такие действия Смольного были направлены на уклонение от погашения кредиторской задолженности госпредприятия, то есть фактически намеренное банкротство. Возмещать недоимку служители Фемиды обязали городскую казну.

В течение многих лет арбитражные суды следовали этой позиции. Например, рассмотрев дело работавшего в Балахнинском районе Нижегородской области муниципального предприятия «Тепло Снаб», Высший арбитражный суд России указал на факт изъятия собственником основных средств, ранее предоставленных для выполнения уставных задач – оказания жилищно-коммунальных услуг населению. Поскольку именно в результате такого решения предприятие лишилось возможности осуществлять свою деятельность и отвечать по обязательствам перед своими кредиторами. Поэтому на муниципалов была возложена субсидиарная ответственность по невыплаченным долгам.

Однако в 2015 году, в котором Высший арбитражный суд России был ликвидирован, практика кардинально изменилась. В частности, Верховный суд России отказался привлекать к финансовой ответственности Шилкинскую администрацию в Забайкальском крае, которая, по мнению конкурсного кредитора, довела до банкротства МУП «Управляющая компания г. Шилка». Доказательством таких действий истец считал изъятие имущества путем проведения сделок, которые были признаны судами недействительными. Однако, рассматривая вопрос о взыскании непогашенных долгов, служители Фемиды пришли к выводу, что убытки возникли у предприятия до принятия спорных решений: «Изъятие же основного имущества осуществлено не с целью причинения вреда конкурсным кредиторам либо должнику, а в связи с тем, что предприятие в 2010 году лишилось возможности осуществлять основной вид деятельности – оказание жилищно-коммунальных услуг населению», – отмечается в решении Верховного суда России.

Схожее решение высшая инстанция приняла и по делу Производственного объединения жилищно-коммунального хозяйства Назрани. Правительство Республики Ингушетия передало все его активы вновь созданному почти одноименному ГУП, фактически «бросив» прежнее предприятие с долгами. Но суд не нашел оснований для привлечения собственника к субсидиарной ответственности: «Факт передачи министерством в счет формирования уставного фонда ГУП «ЖКХ г. Назрани» имущества, находящегося ранее в безвозмездном пользовании должника, не служит основанием для взыскания долга с Республики Ингушетия в лице правительства и министерства», – заключил Верховный суд России.

Для справки

Ежемесячно арбитражные суды признают банкротами более тысячи юридических лиц, в том числе около 15 государственных и 11 муниципальных унитарных предприятий.


Источник: РАПСИ

Возврат к списку


Приветствуем вас! Мы используем куки. Продолжая пользоваться сайтом вы соглашаетесь с пользовательским соглашениеи и политикой конфиденциальности